Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
20:17 

так странно не верить, что у меня все получится. что я буду работать и жить там.
не верить после того, как положив голову на колени, впервые в жизни разглядывала Млечный Путь и считала падающие звезды. это было состояние транса, чистого и честного счастья. надо мной пели голоса, им вторил прибой. сверкали огни в небе, где-то возвращались домой корабли. я помню все с такой четкостью, что мне страшно переводить воспоминание в слова, — я не хочу обесценить. не хочу соврать. я н а в с е г д а оставлю это при себе, сберегу.

надо бы уже собрать чемоданы.

13:39 

я немного теряюсь, когда прикидываю, сколько всего мне нужно будет сделать в ближайшее время — даже вот из бытовых мелочей, что-то купить, что-то собрать, разобраться с деньгами, — но пока от этого не веет тоской, то все, кажется, нормально. перемены желанны, поэтому ничуть не пугают. даже если и маячат перспективой привыкнуть к новому дому ночью.
даже поиск работы превращается в какое-то занятное приключение, почти соревнование. заранее проигрывая по многим пунктам, я что-то пытаюсь доказать. если не получится, то и не беда: поработаю просто, кем-то, чтобы уже следующей осенью быть полноправным кандидатом.

Москва тем временем в буквальном смысле давит на плечи. мне все казалось, что там у меня даже лицо изменилось, так вот и не оно одно.

мне снился сердечный набат и шум моря.
всё это стоит того.

14:32 

Мы закрыли глаза и далёкий придумали остров
Мы придумали ветер и себе имена
И не знаем пока, кто из нас на рассвете
Станет ждать, чтоб скорее укрыла волна




Постой, пусть закат тебе ляжет на плечи
Я ещё не дышал, я ещё не дышал так легко
Постой, за тебя всё сделает ветер
Он стирает следы наших ног, засыпает песком

11:37 

я вернулась обратно в Москву семнадцатого числа, но до сих пор не могу написать об этом. не хочу.
после солнечного города контраст с мегаполисом подсвечивает все недостатки. люди здесь хмурые и, даже если сами того не хотят, одними лицами выдают то, как сильно желают сохранить образ. забавно, что раньше мне это казалось нормой. не то чтобы я считала, будто все люди такие, но нечто иное воспринимала каким-то чудом, приятным исключением, за которое следует жадно цепляться и запоминать. сам город - бетонная коробка. мне всегда нравилось, как во многих произведениях его сравнивают с живым организмом, - чем-то между механической машиной и голодным зверем. нравилось, что я родилась и выросла здесь - при всей своей нелюбви к нему и его жителям. город ночных огней днем и утром для меня невыносим.
это здорово: я многое поняла в себе, попробовав на вкус другую жизнь, иную ментальность. неожиданно открыла в себе дружелюбие и желание видеть больше улыбок вокруг. не я хмурая и агрессивная, но именно я не могу сжиться с этим хищником. пока есть возможность, я выбираю другие джунгли.

20:37 

и только небо знает правду




кто украл мою звезду

20:36 

11:55 

Когда мы говорим, что "город мне подходит", мы обычно суммируем впечатления об архитектуре, климате, менталитете, людях.. пусть даже ценах и каких-то особенных, местечковых красотах. Я говорю это, когда чувствую, что могу начать все с самого начала, - точнее говорила раньше, сегодня это совсем иное впечатление. Сегодня это ясное ощущение дома. Но никогда прежде я не встречала "подходящего города" в том смысле, что географическая точка оказывалась человеческим близнецом. Собратом?
Это был особенный день. Вчера я видела, как вы отражались друг в друге: город был такой спокойный и волевой.. Бескрайний в своей свободе. На твою улыбку он отвечал ветром, ловил взгляд шумом залитого солнцем порта.
"Главное, что море слышно". И правда, это - главное.

22:50 

Здесь я улыбаюсь каждой улочке и коту, человеку, дороге - Городу. Ем лепешки, не вспоминая о фигуре, фрукты с улицы и мясо. Еще местный кефир, - в самом деле чувствую себя настоящим, счастливым ребенком. Тем, которым (как сейчас кажется) никогда не была в полной мере.
Понимаю, что дело не в южном воздухе, но в обществе - совершенно определенном, из-за которого я здесь. И все же который раз ловлю себя на мысли, что именно в этом месте мне, может, хотелось бы состариться. Здесь мне бы хотелось поселить родителей: после всех трудностей показать им медовые абрикосы под ногами и вкус кисленького компота из собранных рядом с домом ягод.
Здесь хочется жить и видеть жизнь в других, любоваться, упиваться ею во всех ее красках.

Сегодня комната наполнена ароматом роз. Мне до ужаса не хочется никуда уезжать.

16:48 

мама на днях позвонила и сказала, что мне нужно искать работу и оставаться тут. сегодня решила подумать, не перебраться ли и им сюда.
город покоряет даже рассказами.

13:06 

сегодня вспомнила, как на каком-то семейном празднестве (кажется, это был мой день рождения), мы сидели всей семьей и разговорились про книжки. тетка, бабушка, сестры, - кого только не было. я готовилась к поступлению и только-только закончила какой-то текст. обычно я не даю никому ничего читать, даже когда скидываю матери что-то на подшивку, она всегда спрашивает, можно ли прочесть. чаще всего нет. но неважно. я попросила десять минут, чтобы прочитать им работу вслух, послушать мнения. через половину первой же страницы поняла, что все вновь заняты беседой между собой. никто в общем-то и не заметил, что я заткнулась и убрала ноутбук подальше.
зато теперь, когда мне абсолютно не интересно, что они там себе думают, терроризируют просьбами дать им повесть. на отказ отвечают очаровательнейшими аргументами: ты там про нас гадости написала.
еще как написала.)

23:12 

© Бродский, «Для школьного возраста»

М. Б.

Ты знаешь, с наступленьем темноты
пытаюсь я прикидывать на глаз,
отсчитывая горе от версты,
пространство, разделяющее нас.

И цифры как-то сходятся в слова,
откуда приближаются к тебе
смятенье, исходящее от А,
надежда, исходящая от Б.

Два путника, зажав по фонарю,
одновременно движутся во тьме,
разлуку умножая на зарю,
хотя бы и не встретившись в уме.

14:44 

мне кажется, я всегда буду любить эту песенку.



когда-то давно сценарий школьного последнего звонка я написала в этом же духе.)
с соответствующими нарядами — туниками, золотыми венками, атрибутикой греческого пантеона.
муз, вот с точно такими же характерами, играли мальчики. пели, танцевали, кокетничали. забавно было.

15:39 

прошло без малого пять лет, а до сих пор этот адрес всплывает на страничке новой вкладки. я, честно говоря, и не знаю, закончится ли когда-нибудь эта драма на самом деле.
все наши персонажи, так не похожие на нас самих, давно умерли — кто-то взаправду, на страницах, кто-то — просто в памяти. я без труда могу сейчас слету написать что-то о Лой, Чарли или подросшем Бастиане, раскрыть с ноги двери проклятого Фанхауса, чтобы поймать за руку очередную Лефроевскую сучку, но... недавно написала мне девочка, пообщались. что, как, где играешь, играешь ли. а помнишь? помню, помню. все помнят, как ни странно. только ни желания, ни смысла в этом никакого нет. наверное, если бы кто-то все-таки решился начать все сначала, собрав всех нас снова вместе, меня бы там не досчитались. хотя кажется, что еще совсем недавно я бы радовалась больше всех. и это несмотря на то, что само закрытие — моих рук дело. в какой-то степени. очень скандальной степени.
если позволить себе немного пафоса, то — прошла эпоха. я не успела ее закончить для себя, как не успела дописать историю, зная, что та продолжает жить не в одной даже, не в двух или трех головах. это скверно, потому что она заслужила эффектной точки, заслужила конца. но я больше не Ивер. я больше не персонаж, пусть и сентиментально берегу в себе целое кладбище тех, кто раскрывал собой мои худшие стороны.

я даже не уверена, что хочу продолжать что-то в этом русле вообще. писать.
никакой потребности. и когда-то давно, когда во мне резвилась самоуверенность, я считала это за счастье.
а сегодня всё намного проще.

23:57 

крыжовник терпкий,
сладкая сирень

13:19 

я очень люблю маленькие победы.
даже в те моменты, когда знаю, что заслужен настоящий триумф. что-то большее. что-то, что даст чуть больше уверенности победившему.
и как же радостно, как легко наблюдать за этими победами со стороны, лелеять в себе то чувство, которое с самого начала твердило — всё получится.

шаг от пути к бесконечно высокой лестнице сделан, а в ней нет конечных точек. теперь только вверх и вверх.)

20:55 

полистала дневники, совершенно случайным образом наткнулась на море девушек, которые пишут что-то в духе: «я начинающий таролог (или просто новичок), прорабатываю колоду, сделаю простой расклад за n-ую сумму»
ну, потрясающе. предприимчивые барышни — только учатся, а уже делают денежку на увлечении.
тоже, что ли, запостить в шапке что-нибудь о том, как успешно довожу особо впечатлительных до слез, раскладывая Манара, или навожу жуть рунами (Старший Футарк и славянские — на выбор). опытно, жестко, без соплей.

20:42 

а она удивительна.

16:59 

во мрак поражений

хочется перенести всё запланированное на бумагу, пометить цветом, расписать по датам.
поставить себе условия — это ты сделаешь в июле, это — в августе. с третьим тебе нужно расправиться, скажем, до ноября, но перед этим в сентябре запустить вот то и перекинуть туда-то. тут снять квартиру, там заплатить, здесь получить и наладить. но всё написанное обретает телесность, вес, жизнь, правду. а я знаю, что всего этого недостаточно.
да и пусть.

будто бы мой мозг настолько глуп, чтобы забыть обо всём этом.

22:43 

мне вот образование не позволяет вообще что-то говорить про Полозкову. только глаза закатывать или фыркать.
но так тайно, по большому секрету самой себе, частенько подмечаю какие-то очень приятные строчки. меткие, а это для меня в любой литературе главное.
вообще, можно долго-долго рассуждать о том, как несправедливо обвинять ее в том, что она убивает поэзию и все такое, но... во всем современном литературном процессе она персонаж ну как минимум не самый скверный. для меня она слишком однобока, слишком много повторяется, слишком иногда пряма (прямолинейность — это очень здорово, но литература, хорошая, взрослая литература, тем более поэзия, подразумевает определенное умалчивание), слишком вообще. и все-таки.

«...И ревнует–безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие»

17:55 

близнецы

я помню, как мы пили кофе в четыре часа утра, летом. сладкий и с молоком. ты не ложился, чтобы ответить, я мало спала, а птицы к тому времени уже пели вовсю. и теплый, но свежий такой воздух, мягкий свет. где-то далеко гудели машины, кто-то возвращался домой.. мы искали слова.
а как сказать это
и чем это назвать
ну проверь мне
вот у Достоевского, ты помнишь, было
простоволосая?

одно из самых дурацких и дорогих воспоминаний.

только тишина.

главная