Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
16:17 

слишком навязчивое желание разбить голову. все легче.

15:07 

иногда мне кажется, что скоро я просто уже сдохну тут со всем этим новым набором болячек. но потом понимаю, что это стало бы самым лучшим концом, и успокаиваюсь.

15:13 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
15:59 

— а давай мы тебя встретим?
— а давай вместе поедем?
— а давай я заеду?
— а хочешь сегодня встретиться?
почему меня просто нельзя оставить в покое. бесит.



до меня только сейчас в полной мере дошло, что за окном уже май.

22:43 

мне вот образование не позволяет вообще что-то говорить про Полозкову. только глаза закатывать или фыркать.
но так тайно, по большому секрету самой себе, частенько подмечаю какие-то очень приятные строчки. меткие, а это для меня в любой литературе главное.
вообще, можно долго-долго рассуждать о том, как несправедливо обвинять ее в том, что она убивает поэзию и все такое, но... во всем современном литературном процессе она персонаж ну как минимум не самый скверный. для меня она слишком однобока, слишком много повторяется, слишком иногда пряма (прямолинейность — это очень здорово, но литература, хорошая, взрослая литература, тем более поэзия, подразумевает определенное умалчивание), слишком вообще. и все-таки.

«...И ревнует–безосновательно, но отчаянно. Даже больше, осознавая свое бесправие»

11:45 

© Есенин

Вечер черные брови насопил.
Чьи-то кони стоят у двора.
Не вчера ли я молодость пропил?
Разлюбил ли тебя не вчера?

Не храпи, запоздалая тройка!
Наша жизнь пронеслась без следа.
Может, завтра больничная койка
Упокоит меня навсегда.

Может, завтра совсем по-другому
Я уйду, исцеленный навек,
Слушать песни дождей и черемух,
Чем здоровый живет человек.

Позабуду я мрачные силы,
Что терзали меня, губя.
Облик ласковый! Облик милый!
Лишь одну не забуду тебя.

Пусть я буду любить другую,
Но и с нею, с любимой, с другой,
Расскажу про тебя, дорогую,
Что когда-то я звал дорогой.

Расскажу, как текла былая
Наша жизнь, что былой не была...
Голова ль ты моя удалая,
До чего ж ты меня довела?

10:02 

уже двадцать дней я живу здесь, 16 из них - в своей квартире. и не прошло еще и дня, чтобы кто-нибудь из друзей или знакомых не написал мне что-нибудь в духе "ты что, с ума сошла?", "дауншифтинг - это только сначала весело" или там "а в нормальный город ты не могла переехать?". все это люди, с которыми мы много лет что-то там пытались доказывать людям, вкладывать в культуру, бороться..


дорога сюда была намного сложнее и длиннее, чем они могут знать. чем может показаться вообще кому-либо еще.
дорога сюда - это становление; задолго до тех двух недель, что я собирала вещи и искала деньги на переезд.
дорога сюда - даже не первая поездка, но она значит очень многое.
все началось задолго, задолго до.

понятия не имею, сколько еще пройдет времени, прежде чем меня покинет это убогое чувство несостоятельности и стыда за помощь родителей, и я не знаю, когда мой дом обзаведется всеми привычными для меня вещами в той же кухне. что там, я даже не знаю точно, останется ли этот дом моим, но, черт возьми, я же смогу.

я нашла работу. понятия не имею, как так произошло, но я теперь учительница.
я научилась понимать и не грустить. хотя "научилась" - здесь не самое подходящее слово.
я давно не курю. я не пью. ем.
знаю, что такое радость и счастье - просто быть там, где так отчаянно хотела. зная точно, почему. знаю, что все это - только средства для настоящего.
мне до чертиков страшно на самом деле.
но я все смогу.

16:48 

мама на днях позвонила и сказала, что мне нужно искать работу и оставаться тут. сегодня решила подумать, не перебраться ли и им сюда.
город покоряет даже рассказами.

15:13 

по тому, как за окнами начинают стучать жесткие колеса об асфальт, я понимаю, что пришла настоящая весна. этот звук ни с чем не перепутать и, кажется, я могу его узнать на каком-то нереальном расстоянии. совсем юные мальчишки, доски, капюшоны, смех и ругань. что-то такое далекое и родное. что-то, чего у меня никогда больше не выйдет повторить. вспоминать это — как окунаться в бесконечно далекую, совсем уже чужую жизнь, не мою. несуразная, смешная девочка в растянутой футболке. щеки, музыка, коленки разбитые до крови. «это кость?! это коооость!». порванные джинсы и задница в синяках. «смотри, чего могу!». урбания-2оо6 и сплошное непослушание. уличный зверек, которому любая беда нипочем. да и бед-то никаких не было.
оглядываешься вот так назад и даже страшно.

12:53 

мир, труд, Бельтайн

уже по традиции все происходит дома, наедине с собой. ну и ничего.
«...в эту ночь я признаю извлеченные уроки и созидаю новое»

только тишина.

главная